Если присмотреться, то близко

Он стоял и смотрел на дорогу. Вглядывался в асфальт. Даже отсюда, с крыши, были видны частые морщинки на задубевшей слоновьей коже, сжатой в тисках поребрика, — трещины. Из одной высунулся оранжевый глазок одуванчика.

Весна. Полдень. Теплынь. Но зима, что мела внутри, приморозила его взгляд намертво.

В понедельник его пригласил «на беседу» ректор, а во вторник она удалила его из друзей и внесла его номер в черный список. Разве что-то смогло бы перевернуть его жизнь быстрее?

 

В кабинете ректора, кроме хозяина, сидело трое: двое полицейских и один в гражданском, со сломанными ушами, похожий на борца-вольника.

Ректор зашипел, а потом перешел на крик:

— Что же это ты вытворяешь? В то время, когда вся страна затянула пояса, устраиваешь антиправительственную агитацию! Какую-то чертову демократию проповедуешь! Рехнулся?

— Я законы не нарушаю.

— Ты все моральные законы нарушил! Ты плюнул на наших дедов, которые за тебя воевали, проливали кровь!

— Они за Сталина воевали, а не за меня.

— Не сметь! — взвизгнул ректор. — Вольнодумство!

— Вы меня пригласили для беседы. Но почему в кабинете посторонние? Я обращусь в комитет защиты студентов.

В ответ — дружный смех.

— Да хоть в «Спортлото»!.. Хоть к папе Римскому!.. К Трампу!.. Ты отчислен!

— За это вам придется ответить. Вы не имеете права…

— Вон отсюда!

Он вышел из ректорского кабинета под раскат хохота.

 

Она позвонила вечером, после одиннадцати.

— Как же я тебя презираю! Ненавижу!.. Зачем тебе нужны эти пикеты, эти митинги?! Перед кем ты выпендриваешься? Все же знают, что ничего изменить нельзя — здесь дно! Сволочное, вонючее, илистое дно!..

— Ты видишь только негатив…

— На мне нет розовых очков!.. Может быть, мы могли бы встречаться с тобой, когда-нибудь… Но теперь!.. Мне стыдно за тебя! Ты — обычный городской сумасшедший! Клоун!

— Все сразу изменить нельзя, ты права. Но и молчать нельзя! Надо…

— Делай, что хочешь! Кричи в мегафон! Бегай с плакатами!.. А в наших отношениях, тишина наступит прямо сейчас.

 

Он знал, что совершает ошибку. Непоправимую. Но и времени на раскаяние отпущено предостаточно: ведь впереди не асфальт — бесконечность.

Одно плавное движение вперед — и дорога полетела ему навстречу…

10 июня 2019 г.